Этот сайт использует "cookies", условия их использования смотрите в Правилах пользования сайтом. Условия обработки данных посетителей сайта и условия их защиты смотрите в Политике конфиденциальности. Если Вы продолжаете пользоваться сайтом, тем самым Вы даете согласие на обработку данных на указанных выше условиях.
Бизнес на Дону: как казачий авантюризм способствует ростовскому предпринимательству
#1
Ростовская область с населением 4, 1 млн человек занимает шестое место в стране по количеству субъектов малого и среднего предпринимательства, они дают 32, 6% в объеме ВРП (на 11% больше, чем в среднем по России) и 60% налога на прибыль. В малый и средний бизнес здесь вовлечено почти 370 000 жителей, а число самозанятых за прошлый год выросло на четверть, до 447 000 человек. С чем связана предпринимательская активность ростовчан — в репортаже Forbes
Над головой у первого заместителя губернатора Ростовской области Алексея Господарева, отвечающего за развитие экономики, прямо под портретами высшего начальства висит казачья шашка. Подобные атрибуты здесь на каждом шагу: от расписанного цитатами Михаила Шолохова фирменного поезда в Москву «Тихий Дон» до ресторанов «казачьей» кухни. На самом же деле Ростов-на-Дону исторически скорее не казачий, а купеческий город. В 1846 году, как сказано в биобиблиографическом справочнике Центральной городской библиотеки им. Максима Горького, в городе насчитывалось 993 купца при населении 9000 человек, в начале ХХ века жителей было 120 000 человек, из них 1693 купца.
Были среди них «короли» «гвоздильные», «хлебные», «спиртоводочные», «табачные» и «купцы-пароходчики», пишет издание. Купеческим город остается и сегодня: в рейтинге Forbes лучших российских городов для бизнеса три года назад он занял 15-е место. Что касается казачества, то оно здесь, на первый взгляд, абсолютно ни при чем. Разве что элемент имиджа для привлечения туристов. Но познакомившись с местными реалиями поближе, понимаешь: бизнес тут ведется действительно с лихим задором. А потому и шашка над головой чиновника, занимающегося развитием экономики, выглядит вполне уместно: экономика-то казачья.
Охотники на инвесторов
Открывшееся в 2004 году Агентство инвестиционного развития Ростовской области — первая в стране специализированная организация, привлекающая инвесторов от имени субъекта России. По сравнению с открывшимися теперь во всех регионах подобными структурами ростовское агентство — фирма частная. «Мы первые реализовали идею, когда не инвесторы бегают за регионом, а наоборот, регион в нашем лице — за инвесторами. За 22 года мы привлекли в Ростовскую область прямых частных инвестиций более чем на 740 млрд рублей», — рассказывает в интервью Forbes один из основателей и генеральный директор агентства Игорь Бураков.
По его словам, агентство имеет долгосрочные договоры с региональным правительством, по которым привлекает инвесторов и обеспечивает запуск новых проектов на определенную сумму. «Получаем плату исключительно за успешный результат. В 2025 году у нас был план 18 млрд рублей, но мы его перевыполнили более чем в пять раз, до 99, 6 млрд, — поясняет Бураков. — Мы мониторим информационное пространство, в том числе зарубежное. Например, какая-то корпорация заявляет о планах строительства нового завода. Иногда это озвучивает не она сама, а, допустим, пиара ради чиновники, к которым потенциальный инвестор приезжал на переговоры. Если этот завод потенциально можно построить и в Ростовской области, включаемся в борьбу — выходим на первых лиц корпорации, предлагаем собственные решения».
Именно так, по словам Буракова, в 2008-м привели в Ростовскую область Coca-Cola, построившую крупнейший в Восточной Европе завод, хотя изначально компания планировала это сделать в Днепропетровской области на Украине. Переманили в область и PepsiCo, узнав, что она ведет переговоры с властями одного из российских регионов о строительстве предприятия по производству чипсов Lay’s.
«В отличие от чиновников мы смотрим на проект глазами самого инвестора, говорим с ним на одном языке, потому и находим в итоге взаимовыгодные варианты, — объясняет Бураков. — У нас с инвестором интересы совпадают на 100%. Еще у нас большой накопленный опыт в site selection (подбор участков с инфраструктурой) и переговорах, тут наша команда тренируется на территории Донского региона каждый день уже более 22 лет. Как-то инвестору нужен был большой участок над месторождением, поделенный на сотни мелких сельскохозяйственных паев, в конкретном месте, где, по сути, нет альтернатив и рынка. Мы в итоге договорились абсолютно со всеми пайщиками и собрали для инвестора необходимый земельный массив».
Основатель и председатель совета директоров ростовского банка «Центр-инвест» Василий Высоков сравнивает особенности местного предпринимательства с казачьей лавой. «Это тактические действия кавалерии без определенных форм и построений. Лава принимает тот строй, который сулит успех в данную минуту, требует самостоятельности каждого отдельного бойца, — поясняет свою мысль банкир. — Казачий навык адаптации к непрерывно меняющимся условиям — сильная сторона нашего бизнеса».
«Центр-инвест» специализируется на работе с малым бизнесом, по объему его кредитования в 2025 году банк занял четвертое место в России. Доля кредитов малому и среднему бизнесу в корпоративном кредитном портфеле банка сегодня 83%. «Согласно статистике Центрального банка, 26, 3% кредитов индивидуальным предпринимателям Ростовской области выдали местные банки, — рассказывает Высоков. — Выше нас только Москва, где доля местных банков 76%, на третьем месте Татарстан с 21%. С учетом доминирующей роли «Центр-инвеста» в Ростовской области среди местных банков можно сказать, что в России лучше нас с ИП не умеет работать никто».
«Центр-инвест» держит кредитную ставку для предпринимателей на 5% ниже рынка, выигрывая в итоге на объемах и минимальной просрочке по выплатам. «Мы проверили, насколько такой подход влияет на бизнес клиентов, — комментирует Василий Высоков. — Сравнили объем налогов, которые наши клиенты платят в бюджет, в частности НДС, налог на прибыль, в фонд оплаты труда. И выяснили, что если в целом в Ростовской области налоговые поступления по итогам прошлого года выросли всего на 1, 9%, то от наших клиентов — на 9, 1%».
Атаман из города
Аэропорт Ростова-на-Дону закрыт с 2022 года, но турпоток в регион постоянно растет. Как рассказал Алексей Господарев, в 2025 году через область проехало 7 млн человек, из них на ночевку только в официальных местах размещения остановилось 1, 9 млн, а всего — около 2, 4 млн. Это на 16, 3% больше, чем в 2024 году. В области есть побережье Азовского моря, которое формально является курортной зоной, но конкурировать за пляжного туриста с Краснодарским краем, конечно же, регион не в состоянии. Поэтому главная приманка для туриста — казачья культура, познать которую максимально быстро можно в исторической столице донского казачества станице Старочеркасской.
Гостей она встречает магазинами и точками общепита с ожидаемыми вывесками типа «Казачий куренёк» или «Тихий Дон», видами Воскресенского войскового собора, Преображенского храма и Атаманского подворья. Познакомиться с бытом казачества можно в исторических домах и музеях.
«Сам я вырос в Ростове-на-Дону. В станице жили мои бабушка и дедушка, каждое лето у них проводил. А шесть лет назад мы с семьей полностью сюда переехали. Построили вот этот дом-музей», — рассказывает атаман станицы Старочеркасской Валерий Рязанов, хозяин «Подворья Рязановых». Собранная им коллекция предметов быта и военного снаряжения, одежды, картин местных художников иллюстрирует историю и образ жизни донского казачества. «Многие старинные предметы, например вот эти подковы, мы нашли прямо здесь, когда площадку под дом готовили», — замечает Рязанов, знакомя с музейной экспозицией. Подворье, состоящее из музея и кафе с казачьей кухней, приносит ему до 700 000 рублей выручки в месяц. «Бывают дни, когда в музей заходит и 1000 человек», — не без гордости говорит атаман. И тут же добавляет для масштаба: «В традиционный День ухи станицу посетило 50 000 гостей».
По наблюдениям Валентины Магидс, управляющего партнера Sateen Group и генерального директора ростовского бутик-отеля «39», до пандемии 90% гостей отеля приезжали в регион с деловыми целями, сейчас 70% от всех приезжих — туристы.
«Ростов, безусловно, отельный город. И это не про количество номеров, а про разнообразие и уровень сервиса. Далеко не в каждом миллионнике такой ассортимент интересных брендовых сетевых или локальных проектов, — рассказывает в беседе с Forbes Валентина Магидс. — Более того, в Ростове рождаются форматы, которые тиражируют в других местах».
По определению бутик — это не просто небольшой уютный отель со стильным дизайном, а персонифицированное гостеприимство. Войдя в номер отеля «39», гость обнаруживает написанные от руки лично для него пожелания и инструкции, а на кровати — выложенное бумажными буквами приветствие, связанное с личными рабочими достижениями или увлечениями. Например, фотографу номер украсили распечатками его работ. «Мы это делаем абсолютно для всех постояльцев, — объясняет Валентина Магидс. — Забронировав номер, смотрим информацию о госте в интернете, находим его страницы в соцсетях. Один человек в посте упомянул, что в детстве любимой игрушкой была машинка «Чайка». На столике в номере его ждал подарок — такая машинка. И это не единственная фишка. Например, официанты уже с первого завтрака отмечают личные предпочтения и в дальнейшем на них ориентируются». Затраты на такую персонификацию незначительны, зато вызывают вау-эффект, многократно повышая лояльность клиента. В 2025 году «39» стал лауреатом премии WhereToTravel Hotel Awards как лучший бутик-отель России. По словам Валентины Магидс, ее компания уже подписала документы на создание под управлением ее команды бутик-отелей в Благовещенске, Набережных Челнах, Новом Уренгое и других городах.
Ростовские лобстеры
Три раза в неделю бренд-шеф ресторана бутик-отеля «39» Максим Артюхов мониторит сезонный ассортимент на центральном рынке города и заодно проводит бесплатную экскурсию для постояльцев. Ростов считается гастрономической столицей юга России, и, как тут принято говорить, базар — ее яркая иллюстрация. Артюхов рассказывает об особенностях донских огурцов, помидоров, подсолнечного масла, выдавленного из жареных семечек, рекомендует попробовать каймак — местную ряженку с затвердевшей пенкой.
Но настоящая гордость базара Ростова-на-Дону — рыбные ряды. Такого обилия свежей рыбы не встретишь на рынках Астрахани, Мурманска и даже Владивостока. Максим Артюхов свежую донскую селедку и вяленого цимлянского леща называет титульными продуктами региона. Деликатесы недешевые: килограмм свежей сельди стоит 600–800 рублей, соленой — 1200 рублей, а вяленого леща — 1500 рублей. «Больше всех в Ростове зарабатывают блогеры и торговцы рыбой», — пересказывает местную шутку шеф.
Самым известным ростовским деликатесом уже давно являются раки. «Донские раки считаются лучшими. Есть легенда, как их из Ростова поставляли в Париж», — объясняет основатель местного делового еженедельника «Город N» Сергей Строителев. В результате массового бесконтрольного вылова раков на Дону едва не истребили. Теперь их охраняют почти как осетров на Волге, разве что полный мораторий на добычу не ввели. В этом году в Ростовской области запрет на вылов раков действует с 1 января по 14 июня, но живых раков на рынке в начале мая было в избытке: по 2000 рублей за килограмм. В местных ресторанах килограммовая порция вареных стоила уже около 4000 рублей. Истинное происхождение раков не узнать. Клиентам рестораторы и продавцы будут говорить, что раки свежие донские. А проверяющим — что они прошлогодние или искусственно выращенные в Армении или Китае.
«В армянском Севане раков почти истребили точно так же, как и у нас, — рассказывает Александр Никулов, основатель компании «Ростов Лобстер». — Из Китая, даже из Турции рака живым довезти крайне сложно, не говоря о том, что дорого. Львиная доля продаваемых здесь раков действительно из Дона, Маныча, других наших рек. Есть от официальных артелей, добывающих по квоте, но больше браконьерских. Когда местных раков не хватает, завозят волжских, с Алтая, из Казахстана».
Искусственно речных раков, по словам Никулова, в России и Армении не выращивают: до товарного размера от 10 см речной рак растет пять лет, такое производство не окупится. Другое дело — рак австралийский, он же пресноводный лобстер. Если в июне запустить малька в пруд, то к сентябрю рак достигнет товарного размера. Теплолюбивые лобстеры не зимуют, осенью их надо выловить. Разведением этих лобстеров Никулов занялся в 2020 году. Вложив в бизнес за шесть лет 80 млн рублей, он только сейчас вышел на объемы выпуска 7 т в год.
«За этот объем можно выручить 10–12 млн рублей, о прибыли и речи не идет, — признается Никулов. — Чтобы подобное предприятие вышло на рентабельность, необходимо продавать хотя бы 10 т. А чтобы работать с сетевым ретейлом — 20 т, но для этого необходимо дополнительно вложить еще 150 млн рублей». Сейчас предприниматель реализует оставшиеся 500 кг варено-мороженых лобстеров и ищет покупателя на свое хозяйство. Если не найдет, этот бизнес он закроет.
Аквакультурой в Ростовской области занимались еще в советское время, отводя речную воду в искусственные пруды. По итогам 2025 года по объему производства аквакультуры регион занимал третье место в России, сейчас в области работают 112 компаний, специализирующихся на рыболовстве и рыбоводстве.
У Александра Щербаченко в Багаевском районе 1200 га прудов с карпом, амуром, толстолобиком. «Это бывший советский рыбхоз, собственно, и называется «Рыбколхоз Дон», — говорит он, показывая свое обширное хозяйство. — Прежние владельцы разорились, и в 2004 году восстановлением предприятия занялся я». Общие инвестиции, по его словам, составили более 100 млн рублей. Но дело того стоило: сегодня предприятие продает 1600 т рыбы в год на 400 млн рублей.
План на триллион
«Основной вклад в областной ВРП дает промышленность — 21, 3%, на втором месте торговля — 20%, дальше сельское хозяйство — 9, 2%, — рассказывает Алексей Господарев. — В хорошие годы аграрный сектор составлял 11%. Но уже два года подряд у нас неурожай. А 2025 год просто худший за последние 12 лет. И если индекс промпроизводства по итогам прошлого года 100, 1%, то по сельскому хозяйству — 83%».
Проблемы аграриев ожидаемо отразились на производителях сельхозтехники, среди которых и ростовский гигант «Ростсельмаш». Знаменитое предприятие занимает в Ростове целый район, еще у него есть промышленные площадки в Таганроге и Морозовске. Компания является одним из крупнейших работодателей региона — сейчас в ней занято 12 700 человек. Как рассказал в интервью Forbes генеральный директор предприятия Александр Виноградов, доля «Ростсельмаша» среди проданных в России в 2025 году комбайнов составила 70%, тракторов — 45%.
По данным отчетности, выручка предприятия в прошлом году составила 55, 1 млрд рублей, что на 30% ниже, чем в 2024 году, убытки — 23, 6 млрд рублей. Из-за проблем со сбытом сейчас конвейеры «Ростсельмаша» работают на минимальной скорости, позволяющей обеспечить текущие потребности рынка и сохранить трудовой коллектив.
Ростов-на-Дону является одним из основных образовательных центров страны: в местных вузах, включая Южный федеральный университет, более 144 000 студентов. В регионе можно набрать персонал практически для любого предприятия. Как рассказал Forbes сооснователь ГК «Бештау» Владимир Кузнецов, именно кадровый потенциал послужил веским фактором для создания его предприятием производства в Ростове. В 2021 году «Бештау» с нуля построила в городе завод локализованной компьютерной техники под закупки бюджетными учреждениями системных блоков, ноутбуков, мониторов, мышек и клавиатур. В 2025 году компания продала этих устройств на 7 млрд рублей. «В Ростове бизнес вести комфортно, — говорит Кузнецов. — Для провинции здесь достаточно высокая динамика, но при этом отношения менее формализованы, чем в Москве. Предприниматели тут умеют договариваться и дорожат репутацией».
По словам Алексея Господарева, инвестиции в экономику региона в 2025 году составили 812 млрд рублей. «У нас намечено 35 крупных ключевых проектов на 530 млрд рублей, а вместе со всеми остальными, включая мелкие, наш нынешний инвестиционный план до 2030 года ориентирован на 1 трлн рублей», — рассказывает чиновник.
Анонсируя масштабные цифры, Алексей Господарев отмечает, что область уже имеет опыт реализации смелых проектов в новых отраслях. Например, к 2020 году регион практически с нуля создал у себя ветроэнергетику и вышел по ее мощностям на первое место в стране. По словам Игоря Буракова, чья команда тогда привлекла в область инвесторов в ветроэнергетику, на Дону зачастую успевают разглядеть перспективы раньше остальных. «В Москве наши идеи определяют как «ростовские фишки», как бизнес со здоровым авантюризмом», — заключает Алексей Господарев.Источник
Статья добавлена superbiznes 11.06.2026 08:09
Над головой у первого заместителя губернатора Ростовской области Алексея Господарева, отвечающего за развитие экономики, прямо под портретами высшего начальства висит казачья шашка. Подобные атрибуты здесь на каждом шагу: от расписанного цитатами Михаила Шолохова фирменного поезда в Москву «Тихий Дон» до ресторанов «казачьей» кухни. На самом же деле Ростов-на-Дону исторически скорее не казачий, а купеческий город. В 1846 году, как сказано в биобиблиографическом справочнике Центральной городской библиотеки им. Максима Горького, в городе насчитывалось 993 купца при населении 9000 человек, в начале ХХ века жителей было 120 000 человек, из них 1693 купца.
Были среди них «короли» «гвоздильные», «хлебные», «спиртоводочные», «табачные» и «купцы-пароходчики», пишет издание. Купеческим город остается и сегодня: в рейтинге Forbes лучших российских городов для бизнеса три года назад он занял 15-е место. Что касается казачества, то оно здесь, на первый взгляд, абсолютно ни при чем. Разве что элемент имиджа для привлечения туристов. Но познакомившись с местными реалиями поближе, понимаешь: бизнес тут ведется действительно с лихим задором. А потому и шашка над головой чиновника, занимающегося развитием экономики, выглядит вполне уместно: экономика-то казачья.
Охотники на инвесторов
Открывшееся в 2004 году Агентство инвестиционного развития Ростовской области — первая в стране специализированная организация, привлекающая инвесторов от имени субъекта России. По сравнению с открывшимися теперь во всех регионах подобными структурами ростовское агентство — фирма частная. «Мы первые реализовали идею, когда не инвесторы бегают за регионом, а наоборот, регион в нашем лице — за инвесторами. За 22 года мы привлекли в Ростовскую область прямых частных инвестиций более чем на 740 млрд рублей», — рассказывает в интервью Forbes один из основателей и генеральный директор агентства Игорь Бураков.
По его словам, агентство имеет долгосрочные договоры с региональным правительством, по которым привлекает инвесторов и обеспечивает запуск новых проектов на определенную сумму. «Получаем плату исключительно за успешный результат. В 2025 году у нас был план 18 млрд рублей, но мы его перевыполнили более чем в пять раз, до 99, 6 млрд, — поясняет Бураков. — Мы мониторим информационное пространство, в том числе зарубежное. Например, какая-то корпорация заявляет о планах строительства нового завода. Иногда это озвучивает не она сама, а, допустим, пиара ради чиновники, к которым потенциальный инвестор приезжал на переговоры. Если этот завод потенциально можно построить и в Ростовской области, включаемся в борьбу — выходим на первых лиц корпорации, предлагаем собственные решения».
Именно так, по словам Буракова, в 2008-м привели в Ростовскую область Coca-Cola, построившую крупнейший в Восточной Европе завод, хотя изначально компания планировала это сделать в Днепропетровской области на Украине. Переманили в область и PepsiCo, узнав, что она ведет переговоры с властями одного из российских регионов о строительстве предприятия по производству чипсов Lay’s.
«В отличие от чиновников мы смотрим на проект глазами самого инвестора, говорим с ним на одном языке, потому и находим в итоге взаимовыгодные варианты, — объясняет Бураков. — У нас с инвестором интересы совпадают на 100%. Еще у нас большой накопленный опыт в site selection (подбор участков с инфраструктурой) и переговорах, тут наша команда тренируется на территории Донского региона каждый день уже более 22 лет. Как-то инвестору нужен был большой участок над месторождением, поделенный на сотни мелких сельскохозяйственных паев, в конкретном месте, где, по сути, нет альтернатив и рынка. Мы в итоге договорились абсолютно со всеми пайщиками и собрали для инвестора необходимый земельный массив».
Основатель и председатель совета директоров ростовского банка «Центр-инвест» Василий Высоков сравнивает особенности местного предпринимательства с казачьей лавой. «Это тактические действия кавалерии без определенных форм и построений. Лава принимает тот строй, который сулит успех в данную минуту, требует самостоятельности каждого отдельного бойца, — поясняет свою мысль банкир. — Казачий навык адаптации к непрерывно меняющимся условиям — сильная сторона нашего бизнеса».
«Центр-инвест» специализируется на работе с малым бизнесом, по объему его кредитования в 2025 году банк занял четвертое место в России. Доля кредитов малому и среднему бизнесу в корпоративном кредитном портфеле банка сегодня 83%. «Согласно статистике Центрального банка, 26, 3% кредитов индивидуальным предпринимателям Ростовской области выдали местные банки, — рассказывает Высоков. — Выше нас только Москва, где доля местных банков 76%, на третьем месте Татарстан с 21%. С учетом доминирующей роли «Центр-инвеста» в Ростовской области среди местных банков можно сказать, что в России лучше нас с ИП не умеет работать никто».
«Центр-инвест» держит кредитную ставку для предпринимателей на 5% ниже рынка, выигрывая в итоге на объемах и минимальной просрочке по выплатам. «Мы проверили, насколько такой подход влияет на бизнес клиентов, — комментирует Василий Высоков. — Сравнили объем налогов, которые наши клиенты платят в бюджет, в частности НДС, налог на прибыль, в фонд оплаты труда. И выяснили, что если в целом в Ростовской области налоговые поступления по итогам прошлого года выросли всего на 1, 9%, то от наших клиентов — на 9, 1%».
Атаман из города
Аэропорт Ростова-на-Дону закрыт с 2022 года, но турпоток в регион постоянно растет. Как рассказал Алексей Господарев, в 2025 году через область проехало 7 млн человек, из них на ночевку только в официальных местах размещения остановилось 1, 9 млн, а всего — около 2, 4 млн. Это на 16, 3% больше, чем в 2024 году. В области есть побережье Азовского моря, которое формально является курортной зоной, но конкурировать за пляжного туриста с Краснодарским краем, конечно же, регион не в состоянии. Поэтому главная приманка для туриста — казачья культура, познать которую максимально быстро можно в исторической столице донского казачества станице Старочеркасской.
Гостей она встречает магазинами и точками общепита с ожидаемыми вывесками типа «Казачий куренёк» или «Тихий Дон», видами Воскресенского войскового собора, Преображенского храма и Атаманского подворья. Познакомиться с бытом казачества можно в исторических домах и музеях.
«Сам я вырос в Ростове-на-Дону. В станице жили мои бабушка и дедушка, каждое лето у них проводил. А шесть лет назад мы с семьей полностью сюда переехали. Построили вот этот дом-музей», — рассказывает атаман станицы Старочеркасской Валерий Рязанов, хозяин «Подворья Рязановых». Собранная им коллекция предметов быта и военного снаряжения, одежды, картин местных художников иллюстрирует историю и образ жизни донского казачества. «Многие старинные предметы, например вот эти подковы, мы нашли прямо здесь, когда площадку под дом готовили», — замечает Рязанов, знакомя с музейной экспозицией. Подворье, состоящее из музея и кафе с казачьей кухней, приносит ему до 700 000 рублей выручки в месяц. «Бывают дни, когда в музей заходит и 1000 человек», — не без гордости говорит атаман. И тут же добавляет для масштаба: «В традиционный День ухи станицу посетило 50 000 гостей».
По наблюдениям Валентины Магидс, управляющего партнера Sateen Group и генерального директора ростовского бутик-отеля «39», до пандемии 90% гостей отеля приезжали в регион с деловыми целями, сейчас 70% от всех приезжих — туристы.
«Ростов, безусловно, отельный город. И это не про количество номеров, а про разнообразие и уровень сервиса. Далеко не в каждом миллионнике такой ассортимент интересных брендовых сетевых или локальных проектов, — рассказывает в беседе с Forbes Валентина Магидс. — Более того, в Ростове рождаются форматы, которые тиражируют в других местах».
По определению бутик — это не просто небольшой уютный отель со стильным дизайном, а персонифицированное гостеприимство. Войдя в номер отеля «39», гость обнаруживает написанные от руки лично для него пожелания и инструкции, а на кровати — выложенное бумажными буквами приветствие, связанное с личными рабочими достижениями или увлечениями. Например, фотографу номер украсили распечатками его работ. «Мы это делаем абсолютно для всех постояльцев, — объясняет Валентина Магидс. — Забронировав номер, смотрим информацию о госте в интернете, находим его страницы в соцсетях. Один человек в посте упомянул, что в детстве любимой игрушкой была машинка «Чайка». На столике в номере его ждал подарок — такая машинка. И это не единственная фишка. Например, официанты уже с первого завтрака отмечают личные предпочтения и в дальнейшем на них ориентируются». Затраты на такую персонификацию незначительны, зато вызывают вау-эффект, многократно повышая лояльность клиента. В 2025 году «39» стал лауреатом премии WhereToTravel Hotel Awards как лучший бутик-отель России. По словам Валентины Магидс, ее компания уже подписала документы на создание под управлением ее команды бутик-отелей в Благовещенске, Набережных Челнах, Новом Уренгое и других городах.
Ростовские лобстеры
Три раза в неделю бренд-шеф ресторана бутик-отеля «39» Максим Артюхов мониторит сезонный ассортимент на центральном рынке города и заодно проводит бесплатную экскурсию для постояльцев. Ростов считается гастрономической столицей юга России, и, как тут принято говорить, базар — ее яркая иллюстрация. Артюхов рассказывает об особенностях донских огурцов, помидоров, подсолнечного масла, выдавленного из жареных семечек, рекомендует попробовать каймак — местную ряженку с затвердевшей пенкой.
Но настоящая гордость базара Ростова-на-Дону — рыбные ряды. Такого обилия свежей рыбы не встретишь на рынках Астрахани, Мурманска и даже Владивостока. Максим Артюхов свежую донскую селедку и вяленого цимлянского леща называет титульными продуктами региона. Деликатесы недешевые: килограмм свежей сельди стоит 600–800 рублей, соленой — 1200 рублей, а вяленого леща — 1500 рублей. «Больше всех в Ростове зарабатывают блогеры и торговцы рыбой», — пересказывает местную шутку шеф.
Самым известным ростовским деликатесом уже давно являются раки. «Донские раки считаются лучшими. Есть легенда, как их из Ростова поставляли в Париж», — объясняет основатель местного делового еженедельника «Город N» Сергей Строителев. В результате массового бесконтрольного вылова раков на Дону едва не истребили. Теперь их охраняют почти как осетров на Волге, разве что полный мораторий на добычу не ввели. В этом году в Ростовской области запрет на вылов раков действует с 1 января по 14 июня, но живых раков на рынке в начале мая было в избытке: по 2000 рублей за килограмм. В местных ресторанах килограммовая порция вареных стоила уже около 4000 рублей. Истинное происхождение раков не узнать. Клиентам рестораторы и продавцы будут говорить, что раки свежие донские. А проверяющим — что они прошлогодние или искусственно выращенные в Армении или Китае.
«В армянском Севане раков почти истребили точно так же, как и у нас, — рассказывает Александр Никулов, основатель компании «Ростов Лобстер». — Из Китая, даже из Турции рака живым довезти крайне сложно, не говоря о том, что дорого. Львиная доля продаваемых здесь раков действительно из Дона, Маныча, других наших рек. Есть от официальных артелей, добывающих по квоте, но больше браконьерских. Когда местных раков не хватает, завозят волжских, с Алтая, из Казахстана».
Искусственно речных раков, по словам Никулова, в России и Армении не выращивают: до товарного размера от 10 см речной рак растет пять лет, такое производство не окупится. Другое дело — рак австралийский, он же пресноводный лобстер. Если в июне запустить малька в пруд, то к сентябрю рак достигнет товарного размера. Теплолюбивые лобстеры не зимуют, осенью их надо выловить. Разведением этих лобстеров Никулов занялся в 2020 году. Вложив в бизнес за шесть лет 80 млн рублей, он только сейчас вышел на объемы выпуска 7 т в год.
«За этот объем можно выручить 10–12 млн рублей, о прибыли и речи не идет, — признается Никулов. — Чтобы подобное предприятие вышло на рентабельность, необходимо продавать хотя бы 10 т. А чтобы работать с сетевым ретейлом — 20 т, но для этого необходимо дополнительно вложить еще 150 млн рублей». Сейчас предприниматель реализует оставшиеся 500 кг варено-мороженых лобстеров и ищет покупателя на свое хозяйство. Если не найдет, этот бизнес он закроет.
Аквакультурой в Ростовской области занимались еще в советское время, отводя речную воду в искусственные пруды. По итогам 2025 года по объему производства аквакультуры регион занимал третье место в России, сейчас в области работают 112 компаний, специализирующихся на рыболовстве и рыбоводстве.
У Александра Щербаченко в Багаевском районе 1200 га прудов с карпом, амуром, толстолобиком. «Это бывший советский рыбхоз, собственно, и называется «Рыбколхоз Дон», — говорит он, показывая свое обширное хозяйство. — Прежние владельцы разорились, и в 2004 году восстановлением предприятия занялся я». Общие инвестиции, по его словам, составили более 100 млн рублей. Но дело того стоило: сегодня предприятие продает 1600 т рыбы в год на 400 млн рублей.
План на триллион
«Основной вклад в областной ВРП дает промышленность — 21, 3%, на втором месте торговля — 20%, дальше сельское хозяйство — 9, 2%, — рассказывает Алексей Господарев. — В хорошие годы аграрный сектор составлял 11%. Но уже два года подряд у нас неурожай. А 2025 год просто худший за последние 12 лет. И если индекс промпроизводства по итогам прошлого года 100, 1%, то по сельскому хозяйству — 83%».
Проблемы аграриев ожидаемо отразились на производителях сельхозтехники, среди которых и ростовский гигант «Ростсельмаш». Знаменитое предприятие занимает в Ростове целый район, еще у него есть промышленные площадки в Таганроге и Морозовске. Компания является одним из крупнейших работодателей региона — сейчас в ней занято 12 700 человек. Как рассказал в интервью Forbes генеральный директор предприятия Александр Виноградов, доля «Ростсельмаша» среди проданных в России в 2025 году комбайнов составила 70%, тракторов — 45%.
По данным отчетности, выручка предприятия в прошлом году составила 55, 1 млрд рублей, что на 30% ниже, чем в 2024 году, убытки — 23, 6 млрд рублей. Из-за проблем со сбытом сейчас конвейеры «Ростсельмаша» работают на минимальной скорости, позволяющей обеспечить текущие потребности рынка и сохранить трудовой коллектив.
Ростов-на-Дону является одним из основных образовательных центров страны: в местных вузах, включая Южный федеральный университет, более 144 000 студентов. В регионе можно набрать персонал практически для любого предприятия. Как рассказал Forbes сооснователь ГК «Бештау» Владимир Кузнецов, именно кадровый потенциал послужил веским фактором для создания его предприятием производства в Ростове. В 2021 году «Бештау» с нуля построила в городе завод локализованной компьютерной техники под закупки бюджетными учреждениями системных блоков, ноутбуков, мониторов, мышек и клавиатур. В 2025 году компания продала этих устройств на 7 млрд рублей. «В Ростове бизнес вести комфортно, — говорит Кузнецов. — Для провинции здесь достаточно высокая динамика, но при этом отношения менее формализованы, чем в Москве. Предприниматели тут умеют договариваться и дорожат репутацией».
По словам Алексея Господарева, инвестиции в экономику региона в 2025 году составили 812 млрд рублей. «У нас намечено 35 крупных ключевых проектов на 530 млрд рублей, а вместе со всеми остальными, включая мелкие, наш нынешний инвестиционный план до 2030 года ориентирован на 1 трлн рублей», — рассказывает чиновник.
Анонсируя масштабные цифры, Алексей Господарев отмечает, что область уже имеет опыт реализации смелых проектов в новых отраслях. Например, к 2020 году регион практически с нуля создал у себя ветроэнергетику и вышел по ее мощностям на первое место в стране. По словам Игоря Буракова, чья команда тогда привлекла в область инвесторов в ветроэнергетику, на Дону зачастую успевают разглядеть перспективы раньше остальных. «В Москве наши идеи определяют как «ростовские фишки», как бизнес со здоровым авантюризмом», — заключает Алексей Господарев.Источник Статья добавлена superbiznes
11.06.2026 08:09